Максим Спутай. Альбом «Море в глазах»
Альбом подготовлен ко дню рождения Яхт-радио 11 сентября . В нем 12 песен.
Про море и дом. Про тех, кого любим и помним. Про отцов и детей. Про штормы — настоящие и те, которые случаются внутри нас. Наверное, поэтому он и получился таким личным.
Если захотите услышать его в день выхода — здесь можно сохранить заранее:
https://distrokid.com/hyperfollow/3c697f1/--
Буду рад, если эти песни найдут своих слушателей. Поделитесь с друзьями? Благодарю!
Максим Спутай
На глубине всё настоящее
Когда над люком тает свет,
И берег исчезает за кормой,
На глубине на всё один ответ:
Каков ты есть — таким и будь с собой.
На глубине всё настоящее —
Там слову цену назначают по делам.
Там жизнь доверена товарищу,
Судьба его — твоим рукам.
Здесь нет бесстрашных — страх знаком любому,
Но не ему решать, как поступать.
Когда тревога входит болью в душу,
Ты страх заставить должен замолчать.
Ты возвращаешься — и солнце режет взгляд,
И снова полон дом семьёй.
Но время — счёт. И тянет вновь назад,
Туда, где часть тебя осталась под водой.
Я всё пытаюсь разгадать одно:
Что вновь зовёт тебя на глубину?
Не слава, не азарт — совсем не то.
Так что же тянет снова в тишину?
На глубине всё настоящее —
Там слову цену назначают по делам.
Там жизнь доверена товарищу,
Судьба его — твоим рукам.
Наверно, там, где некуда уйти,
Ты сразу понимаешь, кто с тобой.
И если вместе этот путь пройти —
То глубина становится судьбой ...
Становится судьбой....
Судьбой....
У моря свой голос
У всех давно был голос свой —
У трасс, у города, у веры.
А море слушало прибой
И ветер в мачтах до рассвета.
И кто-то вдруг спросил себя:
«Как так? У моря — тишина?
Ведь тем, кто ходит в шторм и вдаль,
Своя волна давно нужна».
Не ради славы и наград,
Не чтобы громче всех казаться.
А чтобы тем, кто смотрит вдаль,
Было на что душой равняться.
У моря должен быть свой звук,
Свой тёплый голос, свой маяк.
Чтоб кто-то в шторм услышал вдруг:
«Ты не один. Держись. Всё так».
У моря должен быть свой свет,
Своя волна, свой добрый знак.
И если рядом никого нет —
В эфире кто-то скажет: «Так».
Сначала — первый тихий знак,
Почти без карты и команды.
Семейный свет держал маяк,
Когда темнели океаны.
Учился голос день за днём
Держать эфир, искать звучанье.
И становилось ремеслом
Всё, что вчера казалось тайной.
Шесть стилей вышло из волны —
Под разный вкус, маршрут и ветер.
И те, кому нужны огни,
Нашли друг друга в этом свете.
Пусть мир устал делить людей
На берега, цвета и флаги.
А музыка всегда сильней,
Когда звучит не ради славы.
Она проходит сквозь года,
Сквозь расстояния и страны.
И если слышат — значит, да:
Мы всё ещё нужны друг другу.
У моря должен быть свой звук,
Свой тёплый голос, свой маяк.
Чтоб кто-то в шторм услышал вдруг:
«Ты не один. Держись. Всё так».
И если музыка смогла
Собрать людей у горизонта —
Значит, волна была права.
Значит, не зря жила волна.
У моря должен быть свой звук.
Свой тёплый голос.
Свой маяк.
Пока сердце стучит
Ты билось ещё раньше всех слов,
Когда я не знал, что такое — любить.
Ты вело меня через страх и сквозь боль,
И молча учило держаться и жить.
Ты первым знало, когда шла беда,
Стихало, когда я терял дорогих.
Но снова стучало — и я, как всегда,
Шагал за живых и за тех, кто затих.
Бей, сердце. Бей.
Мне есть ещё кого любить.
Бей, сердце. Бей.
Мне есть зачем ещё жить.
За тех, кто рядом.
За тех, кого уж нет.
Ты только бей.
Пока стучишь — во мне теплится свет.
Стучало сильней, когда я встретил любовь,
И после разлук оживало вновь.
Ты чуяло первым: крадётся беда,
Но мне не давало сломаться тогда.
Когда не хватало ни воли, ни сил,
Ты ровно стучало: «Не время свернуть».
И сколько бы раз я себя ни спросил —
Ты знало одно: надо дальше шагнуть.
Ты помнишь всех, кого не вернуть,
И знаешь, как трудно продолжить путь.
Когда мне хотелось с дороги сойти,
Ты билось всё так же: «Шагай. Свет впереди».
Пусть время всё чаще считает года,
Ты ровно стучишь, как стучало всегда.
И сколько мне выпадет дней впереди —
Стучи. А я дальше сумею идти.
Когда вокруг
всё вдруг замолкнет,
Я слышу одно —
как сердце стучит.
Ещё один стук.
Ещё один вдох.
Ещё один выдох.
Ещё один шаг.
Стучи.
Бей, сердце. Бей.
Мне есть ещё кого любить.
Бей, сердце. Бей.
Мне есть зачем ещё жить.
За тех, кто рядом.
За тех, кого уж нет.
Ты только бей.
Пока стучишь — во мне теплится свет.
Ну вот — уже легче
Я с детства знал: мои руки — другие,
Сам не умел объяснить, почему.
Я маме волосы гладил тихонько —
И боль уходила куда-то в тишину.
Потом были вахты, моторы и стали,
Солёные ветры, дороги, причал.
Но руки по людям всё чаще скучали,
И я эту науку ночами читал.
Ну вот — уже легче,
Ты сам улыбнулся: “Смотри…”
Ну вот — уже легче,
И свет пошёл изнутри.
Я чудес не обещаю,
Не рисую небеса.
Просто делаю, что знаю,
И читаю по глазам.
Ко мне идут, когда взгляд потухает,
Когда за плечами — круги и тупик.
Когда уже сказано: “Выхода нету”,
Когда человек уже к боли привык.
А после встаёт осторожно, с опаской,
Плечом поведёт — и не верит сперва.
Потом улыбнётся глазами негромко:
“Похоже, я снова живу без узла.”
Кто-то зовёт меня тихо волшебником,
Кто-то: “Профессор, спасибо, живу.”
Отвечу без лишнего пафоса:
“Я учусь и работаю. Просто дело люблю.”
Ну вот — уже легче,
Ты сам улыбнулся: “Смотри…”
Ну вот — уже легче,
И свет пошёл изнутри.
Я чудес не обещаю,
Не рисую небеса.
Просто делаю, что знаю,
И читаю по глазам.